Завораживает пение
Птиц на вашем берегу.
Дай мне, Господи, терпения,
Я так больше не могу.

Лодка старая, заросшая,
Десять лет не на плаву.
И сама я нехорошая -
Не умею, но живу.

Сколько писем не прочитано.
Сколько позабыто нот.
Сердце что? Давно молчит оно
И подсказок не дает.

Холодно, пора осенняя.
Поздно плыть на берег тот.
Дай мне, Господи, терпения -
Я весной построю плот.

Я здесь, жива, люби меня, любимый,
Покуда смерть не разлучила нас.
Твоей любовью непоколебимой
Овеян был бы мой последний час.

Судьба однажды мне опустит веки,
Не знаю где, в какие-то года...
Что знал ты обо мне как человеке?
О чем спросить не сможешь никогда.

Куда глядим? Зачем не друг на друга?
Что может быть важнее грустных глаз?
Не вырваться из проклятого круга.
Ты не со мной, не здесь и не сейчас.

И значит все равно, как скоро время
Свой бег прервет и выкинет меня...
Ты не заметишь, пребывая с теми,
Кто о тебе не молится ни дня.

Пусть будет так. Я все уже решила.
Теперь тебе пришла пора решать...
Как жаль, что прежде я всегда спешила.
Как жаль, что нынче некуда бежать.

Недосказанность - враг понимания, 

В ней запутались слабые духом, 

От нее обoстряется мания 

Сочинять продолжение слухам. 

Никого она толком не радует 

И на пользу совсем не идет: 

От нее и рождаемость падает, 

И депрессия пышно цветет. 

Третьи лица оделись в колючее 

И поблизости резво снуют, 

Подливают в беседы горючее, 

Арматуру в колеса суют... 

Ты не слышал меня и не спрашивал - 

Так зачем набираешься лжи? 

Для чего те слова, что вынашивал, 

Ты до лучших времен отложил? 

Я давно не боюсь откровенности, 

Ни своей, ни твоей, уж поверь, 

Потому что слова - это ценности, 

Горький опыт минувших потерь